ЭКСПЕРТ ВСЕГДА ПРАВ!

В 1970-е Верховный Суд СССР игнорировал мою экспертную ошибку


«Патанатом – лучший диагност».
Мудрость медицинского народа

Подходя к столовой, повариха обнаружила, что ключ от работы остался дома. Вернувшись, осторожно, чтобы не потревожить в предутренней ночи семью, потянула входную дверь и …застала сожителя в постели дочери.

Выяснилось, что отчим и падчерица сожительствуют два года. Об изнасиловании не могло быть и речи. Но закон c 1922 года преследовал мужчин, вступающих в любовные отношения с девицей в возрасте 14-17 лет, если судебно-медицинская экспертиза признает её неполовозрелой. Сам законодатель ни словечком не обмолвился о том, как понимать половую зрелость, и возложил, по умолчанию, эту трудную миссию на врачей. Министерство здравоохранения СССР лишь в 1966 году, то есть через 44 года после введения уголовного преследования вооружило судебных медиков Правилами судебно-медицинской акушерско-гинекологической экспертизы, в которых это понятие дано, как «окончательное сформирование женского организма, когда половая жизнь, зачатие, беременность, роды и вскармливание ребёнка являются нормальной функцией, не расстраивающей здоровья, и свидетельствуемая способна к выполнению материнских обязанностей».

Всегда возмущался полной несостоятельностью этого определения.

Много ли счастливых матерей детородного возраста, у которых беременность, роды и вскармливание ничего не расстроили? Даже в наше просвещённое время только около трети родов относятся к нормальным, то есть у женщин в возрасте 18 лет и старше примерно 70% родов проходят с отклонениями (сноска 1). Судебному медику, будь эти женщины на момент зачатия моложе 18 лет, пришлось бы отнести их к неполовозрелым? А если учесть статистику неблагополучных беременностей и послеродовых маститов, то половозрелых совсем не останется.

Некорректны Правила и в том, что все лица до 14 лет относятся к не достигшим половой зрелости, а старше 17 лет – достигли. Судебно-медицинская история любви (и её последствий) знает массу примеров биологически состоятельных беременностей и родов в раннем возрасте. Замедленное половое созревание («девица до самой старости») — тоже факт. Тогда почему для столь индивидуального процесса как половое созревание избран среднестатистический интервал в 14-17 лет?

Далее. Логично считать, что устанавливать половую зрелость можно только на момент освидетельствования, хотя сами Правила об этом и умалчивали. Следствие же интересует неполовозрелость объекта преступления в момент первого полового сношения. А между первым половым сношением и освидетельствованием проходило различное время – дни, месяцы или, как в нашем случае, годы. Отказ судебных медиков определять половозрелость за прошлое время привёл бы к тому, что уголовное преследование любовника стало бы невозможным, а наличие соответствующей статьи в уголовном кодексе непонятным. Поэтому на практике существовал нигде не оговорённый паллиатив: при небольшом сроке (дни, месяцы) между первым половым сношением и проведением экспертизы он как бы не принимался во внимание. Непонятно, как было поступать судебному медику при длительной, как в нашем случае, половой жизни или при наступлении её последствий (беременность, состояние после самопроизвольного или искусственного аборта (сноска 2), более позднее прерывание беременности, послеродовый период).

Само определение половой зрелости ориентировано на оптимальный предстоящий результат половой жизни. Судебному же медику предлагалось по сегодняшнему состоянию девицы угадать будущее. Ясно, что для этого между параметрами настоящего и прогнозируемого будущего должна быть научно обоснованная корреляция. В связи с этим интересна методика установления половой зрелости, предлагаемая Правилами. В соответствии с определением, данным половой зрелости в Правилах, рекомендовалось учитывать совокупность признаков общего развития организма и способности к совокуплению, зачатию, вынашиванию плода, родоразрешению и вскармливанию. Информацию об этом врачу следовало получить из акушерско-гинекологического анамнеза (сноска 3), антропометрических измерений (вес, рост стоя и сидя, расстояние между 7-м шейным позвонком и копчиком, окружность грудной клетки при вдохе и выдохе, в спокойном состоянии, окружность плеча и голени в средней трети, размеры таза), подсчёта количества зубов, оценки выраженности вторичных половых признаков, состояния наружных и внутренних половых органов. Аналитику, даже не имеющему медицинского или биологического образования, нелёгко понять, какое отношение этот пёстрый набор качественных и количественных признаков может иметь к перечисленным фертильным способностям. И, тем не менее, Правилами пользовались почти 30 лет.

В силу несовершенства судебно-медицинской методики врач невольно становился карающей десницей или милостливо отпускающим грехи пастырем. Если доктор относился к предстоящей материнской функции трепетно и приходил к выводу «не достигла половой зрелости», то для мужчины это было равноценно приговору суда (до трёх лет лишения свободы). Несомненно, что трепетность формировали и такие немедицинские факторы как душевная незрелость и незащищённость девочки, возмущение её родителей содеянным, облик растлителя и общественная мораль. В противном случае («достигла половой зрелости») судебный медик поощрял раннюю любовь ненаказуемостью. Методика не гарантировала, что выводы судебно-медицинского эксперта не опрокинет реальное развитие событий. Пример. Состоялось первое половое сношение, то есть подтвердилась способность лишь к половой жизни (совокуплению). Неизвестно, как проявят себя остальные «способности» — к зачатию, вынашиванию плода, родам, вскармливанию ребёнка. Вооружённый шаманскими Правилами, эксперт-гадалка решился на «не достигла». Девочка, «назло» этому выводу, забеременела, родила и даже выкормила ребёнка без большого ущерба для здоровья. За это время «преступник» отсидел уже треть срока. Кроме того, в Правилах не излагалось, как установить способность «к выполнению материнских обязанностей».

Интересен и юридический аспект проблемы. Если врач терзается творческими сомнениями, то каково же будущему преступнику? Соблазняясь юным телом, мужчина должен диагностировать неполовозрелость партнёрши и, осознавая это, совершать умышленное преступление. Судья для того, чтобы удостовериться в наличии умысла на совершение преступления, обязан спросить подсудимого: «Сознавал ли он, что вступает в половую связь с лицом, не достигшим половой зрелости?». Вы догадались, что даже искренне желающий помочь суду мужчина, не в состоянии ответить что-нибудь вразумительное. Как судье доказывать умысел, при отсутствии которого осуждение по этому преступлению невозможно? Не зря даже в дисциплинированном Советском Союзе только в шести из 15 республик преследовали в уголовном порядке за это преступление. Не знаю, чем руководствовался законодатель, но в 1997 году неполовозрелость была заменена на возрастной, доступный даже для мужчины, критерий, что избавило судебных медиков от недостойного занятия.

…Но в начале 70-х годов о далёкой либерализации уголовного законодательства ещё никто не знал. А решение мне нужно было принимать. На момент проведения экспертизы падчерица считалась половозрелой, так как ей уже исполнилось 18 лет. А кто возьмётся угадать, какой она была два года назад, при первом половом сношении? Самым правильным было, прикрывшись этим аргументом, уклониться от установления половой зрелости и уголовное преследование распалось бы само собой. Я же решил учесть, что ранняя половая жизнь, да ещё столь длительная и систематическая, резко, как мощный катализатор, ускорила плавный процесс полового созревания. И руководствуясь революционным правосознанием (у самого дома неуклюже бродила первая малышка), «установил», что падчерица два года назад была неполовозрелой.

Отчим был осужден.

Адвокат бился за судьбу осужденного честно и по идейным основаниям. Не удовлетворённый отписками из «верхних» инстанций, дошел до Верховного Суда СССР. Консультант, изучивший полученное из городского суда дело, выслушал на личном приёме все доводы защитника о том, что моё экспертное заключение не соответствует Инструкции. Но ответил кратко и жёстко, как в парткоме: «Но вывод о неполовозрелости есть!».

Как рассказывал мне сам Геннадий Николаевич, у него от этой неприступности опустились руки. В свое оправдание я смог лишь промямлить, что такой дефектной инструкции соответствовать нельзя в принципе. Честнее было бы врачам восстать против порочного закона ещё при его рождении. Но в те годы это было не принято.

Сноски

1. Здоровье населения Тюменской области и деятельность учреждений здравоохранения в 2004 году (статистические материалы). Тюмень, 2005.
2. Аборт – прерывание беременности в первые 28 недель.
3. Анамнез – совокупность сведений, получаемая при опросе обследуемой или знающих её лиц.

Послесловие 2014 года

Половое сношение с лицом, не достигшим половой зрелости, исчезло 01.01.1997 с принятием УК РФ. Эта байка написана примерно в 2004-2006 годах. В 2012 неразумная Госдума вновь наступила на знакомые грабли. У судебно-медицинских начальников созрел «Порядок установления достижения половой зрелости: методические рекомендации» (начальник Российского центра судебно-медицинской экспертизы А.В. Ковалев, В.Н. Звягин). Рядовые медики дружно изумлялись этой глупости на профессиональном форуме. Кому-то слава, что эта ерунда продержалась только до декабря 2013 года и была заменена на возрастной критерий.

Документы